Интервью директора Департамента экономического сотрудничества со странами СНГ Минэкономразвития России С.В. Чернышева, программа «Мировая политика», радио «Голос России», 28 июля 2009 г.

28 July 2009 г.

Версия для печати

Facebook Twitter LinkedIn Delicious Digg StumbleUpon Live Journal В Контакте Мой Мир Поделиться ссылкой

Ведущий: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Сегодня 11-й выход в эфир еженедельной программы "Мировая политика" и я, ее ведущий Игорь Панарин. Я напомню, что проблема экономической интеграции в рамках СНГ —очень важная проблема. Почему она идет с трудом? Станет ли рубль резервной валютой для стран СНГ? Эти и другие вопросы мы обсудим сегодня с очень интересным собеседником директором Департамента экономического сотрудничества со странами СНГ Минэкономики России Сергеем Владимировичем Чернышевым. Здравствуйте, Сергей Владимирович.
 
Чернышев: Здравствуйте, Игорь Николаевич. Здравствуйте, уважаемые радиослушатели.
 
Панарин: Начнем сразу, все-таки нужна России экономическая интеграция со странами СНГ или все-таки отдельные скептики говорят, что надо двигаться на Запад, на Восток, СНГ это уже, так сказать, прошедший этап. Какова ваша точка зрения?
 
Чернышев: Я думаю, что тот самый случай, когда нам надо по-хорошему стоять твердо на своих ногах.
 
Панарин: Так.
 
Чернышев: Не двигаясь. Ни на Запад, ни на Восток.
 
Панарин: А как СНГ? Где они находятся?
 
Чернышев: СНГ находятся там, где они находятся: географически, цивилизационно, культурно, политически, исторически, традиционно – долго можно перечислять.
 
Панарин: Так. Ну, то есть, нам нужно стоять, а им тоже нужно стоять на ногах? А кризис? Вот он качает нас всех?
 
Чернышев: Покачивает, но наблюдаем, что и соседи наши, и близкие, и дальние - тоже покачиваются.
 
Панарин: А вот кризис, он стимулирует интеграцию, с точки зрения России? Мы нуждаемся в интеграции со странами СНГ, эта интеграция поможет нам и им тоже выйти из кризиса, как?
 
Чернышев: Игорь Николаевич, ведь восемнадцать лет уже мы интегрируемся на пространстве СНГ. Восемнадцать лет — это возраст совершеннолетия человека, и ещё в этой связи вспоминается цифра двадцать один, это, когда уже человек полностью получает все свои права, во всяком случае, в России.  Я именно думаю, что магия цифр - она ведь иногда бывает неожиданно справедлива. Три года у нас, я думаю, это самый максимальный срок, когда мы должны создать понятное, выгодное, убедительное для людей для России и других стран объединение.
 
Панарин: То есть осталось три года?
 
Чернышев: Осталось три года.
 
Панарин: Успеем?
 
Чернышев: Успеем.
 
Панарин: Что для этого делается сегодня, чтобы успеть?
 
Чернышев: Первое, что хочется сказать, и я надеюсь, нас слушают: мне часто приходится бывать в странах Содружества и общаться там с людьми. И вот я думаю, что я прав, когда стараюсь встречаться с людьми и обсуждать с ними то, как они на это смотрят неформально. И вот они говорят, что прошло 18 лет, за это время многое утрачено. У нас была страна, была страна, по-разному к ней можно относиться, но в ней были связи, хозяйственные связи. В ней семьи, которые жили в самых отдаленных краях - на Севере и на Юге, могли ездить, встречаться, и они это делали. Было общее культурное пространство. И в этом культурном пространстве рождались великие шедевры кино, живописи, других видов искусства.
 
Панарин: То есть существует некая ностальгия.
 
Чернышев: Существует ностальгия. Нужно эту ностальгию, наконец, решительно перевести в позитивное качество, в выгодное сотрудничество, которое может быть только при понимании взаимных выгод между странами. Люди-то давно поняли, что эти выгоды есть. Что нужно сделать, чтобы выгодно это стало. Нужно, прежде всего, включить, задействовать правильно выгодный всем работающий экономический инструмент.
 
Панарин: Но какие, можете назвать?
 
Чернышев:  А это те инструменты, которые будут простому хозяйственнику помогать. Вот если будет, например, свободная торговля, А чтобы была свободная торговля, нужно упорядочить торговые режимы, которые между странами существуют. И нужно смотреть, что мешает.
 
Панарин: А что мешает?
 
Чернышев: Вот нет дороги, например, да, хорошей, нужно собраться с силами, построить совместную дорогу.
 
Панарин: Ну, где нам нужно построить дорогу на пространстве СНГ, чтоб всем было выгодно? Можете привести пример?
 
Чернышев: Таких примеров множество. Нужно нам построить хорошую дорогу Е-40, чтобы эта дорога, которая идет через Россию, через Центральную Азию в Азию. Эта дорога, которая соединяет практически все части этого большого региона.
 
Панарин: То есть, она где должна завершиться?
 
Чернышев: Это предмет обсуждения, об этом можно еще дальше говорить. Я просто хочу сказать, что это может быть, например, комбинат по производству мясной продукции где-нибудь на границе России и Казахстана или в приграничных регионах. Потому что у нас есть кормовая база хорошая. У нас есть, например, соевое производство на Дальнем Востоке, которое мы можем приблизить, используя нашу Транссибирскую магистраль. Об этом можно много говорить, главное, чтобы шла работа, чтобы эти проекты реально поддерживались.
 
Панарин: А есть какие-то ростки, кстати, вот этих уже проектов, например.
 
Чернышев: Есть, конечно, ростки. В чем эти ростки состоят - в том, что подготовлены площадки и в масштабе Содружества стран СНГ, и в масштабе ЕврАзЭС. Интеграция идет в разных форматах, так сказать.
 
Панарин: Временных, в том числе.
 
Чернышев: Она идет в разных географических форматах тоже, потому что это и Союзное государство Россия-Белоруссии, государств, которые наиболее близки с точки зрения кооперационных связей, не говоря уже о других аспектах, да. Это и ЕврАзЭС, объединение Евразийское экономическое сообщество, объединение, в котором участвуют Россия, Казахстан, Киргизстан, Таджикистан и та же самая Белоруссия – а  Узбекистан сейчас пока приостановил свое членство. В формате ЕврАзЭС создан антикризисный фонд. Россия внесла в него 7,5 миллиардов, если в пересчете на доллары США, 10 процентов от этой суммы страны внесут вот в ближайшие месяцы, а остальное зафиксируют в виде векселя и будут использовать в том числе на совместное финансирование этих проектов.
 
Панарин: Кстати, этот фонд — это правильный шаг, интеграционный шаг?
 
Чернышев: Я думаю, да, это интеграционный антикризисный шаг.
 
Панарин: Можно ли сказать, что если таких шагов будет больше, то интеграция будет вестись, скажем так, интенсивнее.
 
Чернышев: Я вообще сторонник практических действий. Если этому фонду удастся заработать и профинансировать совместно с другими государствами и частными инвесторами два-три проекта для начала. Чтобы люди увидели, что эти инструменты работают.
 
Панарин: Результаты?
 
Чернышев: Вот с этого надо начинать. А для этого создавать правительство с государством условия для того, чтобы такой на хозяйственном уровне интеграционный процесс шел нормально. А условия - то с чего я начал: это зона свободной торговли в СНГ, многосторонняя.
 
Панарин: А что значит «многосторонняя»?
 
Чернышев: Сейчас существует комбинация сложная из пересекающихся таких между собой в разных форматах двусторонних зон, государства заключили между собой еще в начале 90-х годов двустороннее соглашение о свободной торговле, они простенькие. По тем временам задача была не разрушить по возможности хозяйственные связи.
 
Панарин: Хотя бы сохранить то, что было.
 
Чернышев: Хотя бы, да, в каком-то формате это сделать. И это было сделано, но в них, в этих соглашениях недостаточная процедура, недостаточные механизмы. Ну, например, даже в части урегулирования споров. Жизнь хозяйственная - она без споров быть не может. Главное, чтобы эти споры решались правовым порядком, а не путем каких-то закулисных договоренностей. И вот чтобы создать, упорядочить такой механизм, чтобы этот механизм был открытый, прозрачный, для всех понятный. Надо вести консультации с бизнесом. Они начаты в мае месяце этого года в рамках СНГ. Уже два раунда таких консультаций прошло. Надеемся на то, что этот процесс будет и дальше идти. Эта задача она ведь не просто возникла из воздуха, она давно назревала. И знаете, Игорь Николаевич, хорошо, что была попытка сделать экономический союз, экономическое сообщество из четырех стран, включая Украину.
 
Панарин: Но я надеюсь, после президентских выборов Украина все-таки вернется к экономическому союзу единого экономического пространства. Вот то, что больше всего вреда, по-моему, получила сама Украина от выхода.
 
Чернышев: Согласен. Она не выходила ни откуда, формально ни из каких процессов. Союз на четверых не получился. Но она член СНГ, и вот только относительно недавно у нас прошли консультации с украинской стороной. Вообще, вот возвращаясь к тому, с чего мы с вами начинали, что важно показать практические шаги какие-то успешные предпринять, еще очень важно преодолеть всем нам этот вот комплекс того, что выйти из прошлого, иными словами. Что нам нужно строить, какое будущее? Будущее — это, конечно же, не только использование нашего ресурсного потенциала. Нужно понять про себя, нам — про себя, а нашим партнерам, в том числе за океаном — про нас. Кто мы такие. Вот идентифицировать себя как образование. Наверное, мы не сырьевой придаток Соединенных Штатов, или  Европы. И не должны им быть. Да, сейчас, мы приняли правильную программу, программу долгосрочного социально-экономического развития страны, но мы не успели ее реализовать, нам времени не хватило. Мы не перестроили экономику на инновационных принципах.
 
Панарин: А вот почему не успели? В чем тут проблема возникла? Как вы считаете?
 
Чернышев: Просто не хватило времени. Потому что эти задачи как бы ставились тогда, как вы помните, это было недавно совсем, в позапрошлом-прошлом году, тогда, когда стало понятно, как казалось нам тогда, что у нас возник ресурсный потенциал достаточный. В том числе, и очень хорошие резервы стабилизации, Стабилизационный фонд, Фонд будущего развития. И нам в тот момент казалось, что этих ресурсов достаточно для того, чтобы эти дорогостоящие мероприятия по реструктуризации экономики осуществить. На этой основе  родилась программа структурирования, как к этой цели идти, какие секторы экономики развивать, к каким результатам, в том числе в цифрах, это приведет. Это мы не успели сделать, сейчас нам нужно в течение пока неопределенного времени — год, два, а может быть три — выходить из кризиса.
 
Панарин: Видимо, вот в этой ситуации нам неопределенное время предстоит действовать, и все-таки инновационную политику, видимо, не нужно забывать.
 
Чернышев: Не нужно забывать. И эти проекты, о которых мы с вами говорили, практически нужные люди, должны сосредоточиваться в отраслях, во-первых, конечно, инфраструктурных, для того чтобы стянуть пространство СНГ дорогами. Дружить, понимаете, трудно, когда доехать друг до друга непросто.
 
Панарин: Так почему мы дороги-то не прокладываем?
 
Чернышев: Прокладываем. Такие проекты начинаются сейчас и в СНГ, и в ЕврАзЭСе. Мы рассчитываем, что эти ресурсы и антикризисный фонд на это пойдут. Пойдут – значит, и дело пойдет. Это первое, инфраструктурные дела. И второе — инновационные дела. Также  в ЕврАзЭСе создан Центр высоких технологий. Это будет сеть из научных организаций и венчурных компаний, то есть венчурных, призванных рисковые капиталовложения, прибыльность которых не гарантирована, в том числе Российская венчурная компания, например, соответствующий фонд Казахстана, которые будут между собой в кооперации продвигать инновационные инициативы. У нас в этих странах, на данном пространстве, много этих «точек роста», которые сейчас просто не поддерживаются.
 
Панарин: Их нужно поливать, для того чтобы они возросли.
 
Чернышев: Нужно привлекать специалистов, которые знают, как это делается.
 
Панарин: А «солнышко» у нас — финансы?
 
Чернышев: «Солнышко» у нас финансы, с финансами у нас существенные ограничения. Поэтому задача, в том числе состоит в том, чтобы, например, ресурсы, которые Россия выделяет на поддержку отечественного производства, к ним могли бы, например, подключаться для реализации совместных проектов, если, например, это в Сибири какой-то транспортный проект, просто интегрировать его с соответствующим, например, казахстанским проектом. Таким образом, средства идут и на поддержку отечественного производства и одновременно поощряют проект, который несет вот эту интеграционную составляющую. Вот о Таможенном союзе Вы спросили, и в связи, в том числе с американцами. Так, если вот эти все наши планы начнут реализоваться, и о них мы открыто заявили, то для них и для нас наша картинка, что мы хотим построить, станет яснее. И исчезнут в том числе, как я надеюсь, или уменьшатся, по крайней мере, страхи, что мы создаем какую-то закрытую неким занавесом организацию, в которой будем стараться доминировать в этом регионе, ни с кем не сотрудничать.
 
Панарин: Ну, когда мы руль-то, наконец, сделаем валютой национальной? Есть у нас перспективы, ну хотя бы на пространстве СНГ в ближайший период времени.
 
Чернышев: Тут, конечно, многое зависит от того, как мы будем справляться с кризисом. Потому что нам не надо радиослушателей убеждать, что рубль — это такой же товар, как и любой другой. Он может быть привлекательным и непривлекательным.
 
Панарин: Давайте его сделаем привлекательным.
 
Чернышев: Чтобы сделать рубль привлекательным, надо продолжить, как мне кажется, сейчас в целом сбалансированную политику Центрального банка, основанную на экономической политике, связанную с экономической политикой и которая путем плана девальвации в принципе создала прогнозируемую ситуацию по рублю.

Панарин: А можно сказать, что все-таки мы сейчас достаточно четко прогнозируем развитие экономической ситуации, можем планировать?
 
Чернышев: Это и делается. Прогнозные проектировки подготовлены, в том числе и самые последние нашим ведомством. На их базе бюджетные сейчас разработки делаются для внесения коррективов в федеральный бюджет. Ну, рубль будет в коридоре в том, который сделан, находиться нормально. А вот если это произойдёт, и если мы путём консолидации зоны свободной торговли и снятия таможенных границ между Россией и Белоруссией, а потом и Казахстана в 2011 году, если мы, благодаря этим и другим шагам торговлю поднимем. Она, ведь, сейчас просела, так, как-то по-простому, да, прямо на 45 процентов, хотя перед этим развивалась подряд несколько лет очень высокими темпами. Если торговля наша пойдёт, то естественным образом, я вас уверяю, в течение этих трёх лет рубль будет востребован, он займёт доминирующие позиции в торговле наших стран, поскольку в их товарообороте Россия, как правило, стоит, либо на первом, например, как в Украине, да, или Белоруссии, так и на близких к первым местам, местах. Поэтому, с главным торговым партнёром торговать в одной валюте, экономить на транзиционных всяких издержках, на обменах курсов и так далее, ну, это просто выгодно становится.

Панарин: У Вас, помните, триада была такая — второе слово было "выгодно", то есть, если мы добьёмся того, чтобы реализовать наши намеченные цели, то торговать в рублях внутри СНГ, будет выгодно, так?
 
Чернышев: Совершенно верно.
 
Панарин: Какова, вообще, вот, перспектива СНГ, вот, в условиях экономической интеграции. Как Вы можете охарактеризовать Сергей Владимирович?
 
Чернышев: Ну, я думаю, что, если эти планы пойдут правильно, то тогда это будет зона свободной торговли, выгодная всем, надеюсь, что с участием всех стран, которые сейчас в этих переговорах участвуют. На этой базе будет постепенно создаваться общеэкономическое пространство, с общими или очень близкими экономическими законами, что позволит капиталам наших стран мигрировать, а людям находить, искать себе работу.
 
Панарин: И жить лучше.
 
Чернышев: И жить лучше, либо в одной, либо в другой части этого для всех очень нужного сообщества. Мы хотим , чтобы оно именно таким и стало – нужным для всех.